Добавление новости

##* *## ######### *#####* ##* *## ######### *#######* ##* *## ###****** ###***### ##* *## ##* ####### ####### ##* *## ####### ##* *## ##* ####### ####### ##* *## #######* ##* *## ##* ***##** ****##* ##* *## ##***** ##* *## #######* *## ###* ##* *## ##* ##* *## #######* *## *##* ##* *## ###### ##* *## ###**** *## ### ##* *## ###### ##* *## ##* *## *##* ##* *#### ##**** ##* *## ##* *## *### ##* ##### ##* ###***### ##* ***##** *##**** ####*#### ##***** *#######* ##* ####### ####### *######## #######* *#####* ##* ####### ####### *######* #######
icon_gotop
16+
autorisation
Войти | Регистрация
Региональная газета Черняховского района Калининградской области

Обычная семья, обычная судьба…

2013-08-29

Нет ничего удивительнее и интереснее, чем судьбы отдельных людей. Из нитей этих судеб, собственно, и плетется ткань человеческой истории. Жизнь любого человека - это и драма, и трагедия, и комедия, и фарс. В общем, прав был загадочный, но гениальный англичанин - весь мир театр, а люди в нем актеры. Вот только в реальности все гораздо сложнее и намного интереснее. Пересказать судьбу человека на газетной полосе невозможно. Можно лишь попытаться вкратце обозначить некоторые эпизоды жизненного пути одной отдельно взятой личности. И не важно - выдающаяся она, или нет. Простых людей не бывает. Все мы уникальны и интересны. И подтверждением тому судьба Серафимы Николаевны Звягинцевой и ее мужа, ветерана Великой Отечественной, Сергея Ивановича Звягинцева.

Баба Сима

Для родных и близких, для знакомых и соседей она - баба Сима, и никак иначе. По-другому ее никто не называет, потому что баба Сима - веселый и открытый человек. Живет она с дочкой в пятиэтажке, что на улице Пушкина. Нынче из дома она почти не выходит - сказывается возраст. Но гостей любит. С удовольствием выйдет к ним поговорить, рассказать о себе, да и о них послушать. Говорливая такая бабуля. По квартире баба Сима передвигается с помощью мобильной подставки, но и инвалидом ее не назовешь. Про таких говорят - тот еще «живчик».

Познакомиться с ней мне предложила знакомая. Мол, вдова ветерана, расскажет тебе про мужа, про войну. О ветеранах Великой Отечественной войны я никогда не писал. Да и изложить на бумаге человеческую судьбу, пусть и фрагментарно, также не пробовал. А тут такое интересное предложение. Дай, думаю, попробую. А вдруг получится. В общем, встретившись с дочкой Серафимы Николаевны, отправился я в гости к бабе Симе. Не успели мы войти в квартиру, как из дальней комнаты прозвучал вопрос:

- Ты кого там привела?

- Корреспондента из газеты, о тебе писать будет!

- Ты чего это удумала? - гневно вопросила моя героиня.

Но уже через минуту, выйдя в коридор, баба Сима сменила гнев на милость:

- Ну ладно, поговорим. Чего помню, то расскажу, а чего не помню, так на нет и суда нет!

Разговор с Серафимой Николаевной у меня получился интересный, но вот о войне, мы как-то не говорили. Баба Сима все больше о себе, о муже, о своей семье рассказывала. Собственно, войну-то она и не видела. Родилась в 1926 году в Сибири, куда фронт не дошел.

В белой рубашке, в шляпе

...Мама у Симы Плохотниковой умерла, когда она еще была маленькой. Ее воспитанием занималась мачеха. К детям мужа она относилась как к родным. Поэтому и вспоминает Серафима Николаевна мачеху только теплыми и добрыми словами. Одним из самых ярких эпизодов того времени, отложившихся в памяти, стало гадание.

Представьте себе - страна воюет, наши войска уже освобождают Европу от фашистов, а в далеком сибирском селе несколько женщин и девушек гадают. Кто-то вопрошает у потусторонних сил о том, вернутся ли их мужики с фронта, кто-то интересуется - скоро ли войне конец. Ну, а Сима, как самая молодая, загадала, глядя сквозь воду в обручальное кольцо, чисто девичье желание - чтоб открылся ей суженый-ряженый. И ведь открылся-таки! Увидела она в обручальном ободке парня в белой рубашке. Рукава по локоть закатаны, на голове широкополая шляпа. Вот только лица не видно...

Но лицо его она все же видела. Случилось это в 1943 году. Видела, но не разглядела... Приходил парень из соседнего села вместе с двоюродным братом Серафимы на призывной пункт. И было это Сергей Иванович Звягинцев. Но тогда то был еще восемнадцатилетний паренек Сережа...

- Пришел, - вспоминает Серафима Николаевна, - маленький такой, хлюпенький. Сопляк, сопляком. Да вот, поди ж ты - целую жизнь прожили вместе!

Как в воду глядела

Это она сейчас так говорит. А когда после войны вновь его увидела, так прямо и обомлела. Сразу вспомнила гадание. Случилось это так. В 1945 году Сергей Звягинцев - боец Красной Армии, четыре раза раненый, вернулся с войны в родное село. Его сразу же направили по партийной линии на стажировку-обучение на заготовителя пушнины. Год парень проучился, а затем отправился заготавливать рухлядь для страны в поселок со странным названием Рыбпункт, расположенный на берегу Оби. А через год туда приехала и радист Серафима Плохотникова. В тех местах эта специальность была более чем востребована. Потому что рация для поселка, в который пароход с почтой приходил всего лишь два раза в месяц, фактически единственная связь с большой землей. Вот и направили Симу на избирательный участок поселка Рыбпункт радистом. Там выделили казенную комнатушку, в одной половине которой было оборудовано рабочее место, в другой - непосредственно жилье. Но все это случилось чуть позже, а пока...

Мачеха собрала Серафиме вещички, сложила их в старомодный чемодан - деревянный, обтянутый кожей, и благословила на самостоятельную жизнь. Пароход, на котором Сима приехала в Рыбпункт, остановился на середине сильно обмелевшей Оби. До берега пассажиры добирались на лодке. Пока плыли, внимание Симы привлек парень, чаливший к пристани обласок - уникальную долбенку сибиряков. Тишина, только скрип уключин, солнечные блики на воде. Паренек одет в белую рубашку, рукава закатаны до локтей, а на голове соломенная шляпа с широкими полями...

Вот таким впервые после войны увидела Сима Плохотникова Сергея Звягинцева.

Знаете, какое место в то время в любой деревне считалось центром культурного досуга? Думаете, клуб? Ошибаетесь. Центром всегда являлась сельская завалинка. Как бы тяжело люди ни жили, как бы трудно им ни было, но как только наступал вечер, на завалинке собиралась молодежь. Гармошка, песни, шутки, смех... В первый же вечер Сергей и подошел к Симе. Мол, позвольте вас на танец... Вскоре Серафима Плохотникова стала Серафимой Звягинцевой.

15 рублей за танк

О фронтовых годах Сергея Ивановича баба Сима мне рассказывала уже будучи вдовой. Но рассказать она могла только то, что в свое время слышала от своего мужа. Сразу после призыва Сергей Звягинцев попал служить в войска 3-го Белорусского фронта. Так что кто такой Иван Данилович Черняховский он знал не понаслышке. Был начальником танкового отделения. За первый подбитый немецкий «Тигр», Сергея наградили премией в 15 рублей. И хотя частенько он бывал на волосок от смерти, а на фронте такое случается сплошь и рядом, в памяти у Сергея Ивановича осталось совсем другое. Освобождая Белоруссию, молодой сибиряк на всю жизнь запомнил слезы, стоявшие в глазах местного населения, встречавшего их - воинов-освободителей.

За два года, проведенных на фронте, он четыре раза был ранен. Последний раз чуть не стоил ему жизни. Это случилось уже на территории Восточной Пруссии. На берегу Шешупе в районе Лазденена-Хазельберга (ныне Краснознаменск) осколок от мины попал ему в легкое. До конца войны оставалось восемь месяцев. Но для Сергея Звягинцева война уже закончилась. Все это время он провел в госпитале, где врачи изо всех сил старались поставить его на ноги. Раненый боец потерял много крови. И ее потерю доктора восполнили донорской, которую брали в больнице в соседней Литве. Как потом шутил Сергей Иванович: «Из сибиряка я стал наполовину прибалтом». В общем, здоровье у молодого солдата оказалось крепким - выкарабкался. И в дырках от пуль и осколков вернулся в родные края...

Из Сибири в Душанбе

Еще на фронте Сергей Звягинцев вступил в партию. Как коммунист и фронтовик он после войны возглавил в Рыбпункте местную комсомольскую организацию. Партийный билет во времена КПСС это как зеленый свет для карьерного роста. Практически начиная с первого послевоенного года, Сергей Иванович стал депутатом сельского совета. А уже в январе 1953 года - председателем укрупненного сельского совета. И фронтовика с семьей в срочном порядке на двух подводах, погрузив на них весь нехитрый скарб, отвезли на новое место жительство - поселок Лукашкин Яр.

- Мороз, метель, - вспоминает Серафима Николаевна. - На руках двое детей, мал-мала меньше. Подводы скрипят. Снег летит прямо в лицо. Морозный ветер до боли обжигает лицо. Но партия приказала поднимать новый колхоз, а приказ партии не обсуждается. Вот так до 1960 года мы прожили в Лукашкином Яре. Там у нас родились еще две девочки.

Но даже в таком центре укрупненного сельского совета, как Лукашкин Яр, связь с большой землей была довольно-таки редкой. Добраться до областного центра можно было только на пароходе. А их в ту пору по реке ходило только два. Один назывался «Карл Маркс», другой - «Тихонов». Вот на одном из них семья Звягинцевых в декабре 1960 года покинула родные сибирские места и отправилась на юг в столицу Таджикистана, город Душанбе. Правда, до 1961 года это город назывался Сталинабад.

Решение так кардинально поменять место жительства Серафима Звягинцева принимала сама. Во-первых, в солнечный Душанбе давно перебралась ее мачеха со своим многочисленным потомством. И она давно звала к себе Симу. Мол, перебирайтесь к нам. Всяк вместе легче идти по жизни. А, во-вторых, мы всю жизнь провели средь сибирских морозов. Так пускай хоть дети наши на солнышке погреются, да фруктов вкусных поедят вдоволь...

...Кстати, с южными фруктами в их семье произошел прелюбопытный случай. Посылочки из Таджикистана в Сибирь приходили регулярно. Бабуля никогда не забывала семью своей падчерицы Симы. Однажды, открыв очередную таджикскую посылку, Звягинцевы обнаружили в ней странные плоды - твердая косточка, покрытая коричневой мякотью. Как их есть, никто не знал. Решили, что в этой экзотике (кстати, о были финики) съедобной частью является косточка. К счастью среди соседей нашлись такие, кто знал о финиках не понаслышке. Поэтому семейство смогло всласть полакомиться вкусными плодами...

Жизнь на новом месте

И вот 18 декабря 1960 года вся семья Звягинцевых вышла из вагона поезда на перрон вокзала в Душанбе. Уезжали из суровой сибирской зимы, а попали в жаркое южное лето.

- Стоим на вокзале в тулупах, в валенках, - смеется Серафима Николаевна. - Солнце жарит, народ на нас смотрит с удивлением. С этого момента мы стали отвыкать от снега и морозов и привыкать к теплу и солнцу.

У бабули, к которой приехали, своя семья из десяти человек, а тут еще счастье «привалило» - падчерица с мужем и четверо детей. Но, как правильно рассудила глава семейства - мачеха Серафимы, в тесноте, да не в обиде. Помогла устроиться вновь прибывшим на работу. А еще через некоторое время семейство Симы перебралось жить в отдельную комнатушку. Случайно узнав на работе, что освобождается комната в коммуналке, Серафима Николаевна, уже давно понявшая, что получить квартиру, стоя в общей очереди на жилье, можно только через несколько лет, решила пойти, что называется напролом. В тот же день, как только услышала про освобождающееся жилье, она отыскала прежнего жильца, и за сорок один рубль и бутылку спирта забрала у него ключи от комнаты. В общем, в коммуналку семейство Звягинцевых въехало самовольно. А затем к ним три раза приходил участковый, составлял протокол за неуплату за коммунальные услуги. Серафима Николаевна делала это сознательно - не прописаны, поэтому и не платим. В итоге, «захватчикам» пришлось еще заплатить шесть рублей штрафа. Но, благодаря этим протоколам и штрафу, семья Звягинцевых получила-таки заветный ордер на комнату в коммуналке. Как они вшестером разместились в маленькой комнатушке в восемнадцать квадратных метров, ни Серафима Николаевна, ни ее дети ныне ответить не могут. Правда, через некоторое время, Сергею Звягинцеву, как ветерану войны, выделили отдельную квартиру. Предложили двухкомнатную «хрущевку», хотя семье ветерана полагались не две, а три комнаты. Но на тот момент в профкоме были ключи только от двушки. Серафима решила, что лучше синица в руках, чем журавль в небе, и Звягинцевы переехали из коммуналки в отдельную квартиру, показавшуюся им на тот момент дворцом.

В общем, жизнь в столице Таджикистана налаживалась. Но Сибирь не забывалась.

Черняховцы

Однако в Сибирь Звягинцевы так и не вернулись. Судьба распорядилась иначе. В Калининградскую область их позвали знакомые, которые перебрались в молодой советский край сразу после войны. И Сергей Иванович Звягинцев сказал:

- Я воевал в тех краях. А один из городов области носит имя полководца, у которого я служил. Туда и поедем!

Так в сентябре 1990 года семья ветерана переехала в Калининградскую область в город Черняховск. В 1991 году, накануне Дня победы, Сергей Иванович с женой и детьми отправился в Краснознаменск. Искал памятные для него места времен войны. И особенно то, где был контужен и получил тяжелое ранение. Ему запомнились четыре березки на речном берегу, затем взрыв и темнота. К сожалению, то место, где он был ранен, Сергей Иванович так и не нашел. А летом 1991 года Сергея Ивановича Звягинцева не стало... Но в его семье бережно хранят все фотографии, на которых запечатлен фронтовик, танкист, служивший под командованием Ивана Даниловича Черняховского. И на отдельном панно, на красном бархате, как бесценная реликвия семьи Звягинцевых, его боевые награды. Это как памятная доска, рассказывающая внукам и правнукам Сергея Ивановича, а их у него четырнадцать человек (самому младшему из которых год от роду, а самому старшему почти сорок), боевую историю их героического предка.

Сергей НЕДОСЕКИН

339

Оставить сообщение:

*#####* *#####* *###* *#######* *#######* *#####* ###***### ###***### *###*###* ##* *## ##* *## ###* *### #####* ##* *## ##* *## ##* *## ######* *### ###* ##* *## ##**### *######* *######* ##* *## ##* *## *######* *######* ###***### ####### ###**** ****### ######### ######* ##* ##* *## ######### ##**### ##* ##* *## ##* *## ##* *## ###****** ###***### ##* *## ##* *## ######### *#######* ##* *## ##* *## ######### *#####* ##* *## ##* *##